"Lately I've been writing quite long posts about life in a pre-trial detention center...
November 20, 2023 — Moscow, SIZO
Share
"Lately I've been writing quite long posts about life in a pre-trial detention center. Perhaps, for a change, I'll write something short, dash-dot. Like notes in the margins (I note that not just in the margins, but in the Upper margins).
In one of my posts about food, I said that I have never seen oatmeal for breakfast here. So she appeared in September. Perhaps the administration of the pre-trial detention center reads this channel and takes note of something.
But for some reason, pearl barley, to which I paid so much attention in the first posts, began to appear less often.
By the way, two people were sitting in the cell with me at different times: a Russian guy who had previously served 3 years under a contract and a Dagestani (Avar) who had previously served 4 years under a contract. And they, having relevant life experience and often intersecting with pearl barley, both called it “bolts”. As I understand it, because pearl barley is often undercooked and is hard. But this is not the case in my pre-trial detention center-7. The pearl barley here is always cooked as it should be. But with pasta it’s the opposite. They are overcooked to the point of porridge, although it would be better if they were undercooked and served al dente.
The bread is still just as delicious. At the end of August and throughout September there was almost no white bread, but now, on the contrary, white bread is given more often than black. The cutlets for lunch have completely disappeared, but the pea soup is still good. The assortment of fish for dinner is stable: herring, fried pollock, apparently, canned saury (and once there were also pink salmon).
There is also one short story that happened on October 11th. That day there were only two of us left in the cell. Let me remind you that I have a four-person cell with an area of approximately 12 square meters, where in the summer there were almost always 6 people. There were also 7, but not for long, a total of five nights since June. And then the people were taken away one by one and there were only two of us left. That same day, right in the morning, my cellmate was taken to court and I was left alone. Imagine: alone, for the first time in four months! It even became somehow awkward. I must make a reservation that one day in September I was taken out for a walk alone, which was supposedly not supposed to happen, but it was a unique case. It didn't happen again. And then I just walked in the courtyard for 40-5 minutes, and here I was alone right in the morning.
But that same day I had a meeting with a defense lawyer, and they took me out of the cell, leaving it empty. The meeting was quite long and I missed lunch. Imagine my surprise when I went back into the cell and found soup, main course and compote on the table. That is, the balancer, not finding anyone in the cell, could have simply walked past, but he asked the employee to open the door, found two bowls and a mug and left the lunch. It's a small thing, but nice.
Yours Vasya N., pre-trial detention center-7, Moscow”
In one of my posts about food, I said that I have never seen oatmeal for breakfast here. So she appeared in September. Perhaps the administration of the pre-trial detention center reads this channel and takes note of something.
But for some reason, pearl barley, to which I paid so much attention in the first posts, began to appear less often.
By the way, two people were sitting in the cell with me at different times: a Russian guy who had previously served 3 years under a contract and a Dagestani (Avar) who had previously served 4 years under a contract. And they, having relevant life experience and often intersecting with pearl barley, both called it “bolts”. As I understand it, because pearl barley is often undercooked and is hard. But this is not the case in my pre-trial detention center-7. The pearl barley here is always cooked as it should be. But with pasta it’s the opposite. They are overcooked to the point of porridge, although it would be better if they were undercooked and served al dente.
The bread is still just as delicious. At the end of August and throughout September there was almost no white bread, but now, on the contrary, white bread is given more often than black. The cutlets for lunch have completely disappeared, but the pea soup is still good. The assortment of fish for dinner is stable: herring, fried pollock, apparently, canned saury (and once there were also pink salmon).
There is also one short story that happened on October 11th. That day there were only two of us left in the cell. Let me remind you that I have a four-person cell with an area of approximately 12 square meters, where in the summer there were almost always 6 people. There were also 7, but not for long, a total of five nights since June. And then the people were taken away one by one and there were only two of us left. That same day, right in the morning, my cellmate was taken to court and I was left alone. Imagine: alone, for the first time in four months! It even became somehow awkward. I must make a reservation that one day in September I was taken out for a walk alone, which was supposedly not supposed to happen, but it was a unique case. It didn't happen again. And then I just walked in the courtyard for 40-5 minutes, and here I was alone right in the morning.
But that same day I had a meeting with a defense lawyer, and they took me out of the cell, leaving it empty. The meeting was quite long and I missed lunch. Imagine my surprise when I went back into the cell and found soup, main course and compote on the table. That is, the balancer, not finding anyone in the cell, could have simply walked past, but he asked the employee to open the door, found two bowls and a mug and left the lunch. It's a small thing, but nice.
Yours Vasya N., pre-trial detention center-7, Moscow”
Show Original (Russian)
“Последнее время я писал достаточно длинные посты о жизни в СИЗО. Пожалуй, напишу для разнообразия что-нибудь короткое, штрих-пунктирное. Как бы заметки на полях (отмечу, что не просто на полях, а на Верхних полях).
В одном из постов про еду я говорил, что ни разу не видел тут на завтрак овсянки. Так вот она в сентябре появилась. Возможно, администрация СИЗО читает этот канал и берет что-то на заметку.
Зато почему-то реже стала появляться перловка, которой я уделил так много внимания в первых постах.
Кстати, со мной в камере в разное время сидели два человека: в прошлом отслуживший 3 года по контракту русский парень и раньше уже сидевший 4 года дагестанец (аварец). И они, имея соответствующий жизненный опыт и часто пересекаясь с перловкой, оба называли ее “болты”. Как я понял, потому что перловую крупу часто недоваривают и она жесткая. Но это не случай моего СИЗО-7. Перловка тут всегда проварена как надо. А вот с макаронами наоборот. Их переваривают до состоянии каши, хотя лучше бы недоваривали и подавали аль денте.
Хлеб все такой же вкусный. В конце августа и весь сентябрь почти не было белого хлеба, но сейчас наоборот белый дают чаще, чем черный. Совсем исчезли котлеты на обед, но гороховая похлебка все также недурна. Ассортимент рыбы на ужин стабилен: селедка, жареный вроде бы минтай, консервы из сайры (а как-то были и из горбуши).
Еще есть одна короткая история, случившаяся 11 октября. В этот день нас в камере осталось всего двое. Напомню, что у меня четырехместная камера площадью примерно 12 метров квадратных, где летом почти всегда было 6 человек. Бывало и 7, но недолго, в сумме ночей пять за все время с июня. А тут людей одного за другим увезли и нас осталось двое. В тот же день прямо с утра моего сокамерника увезли в суд и я остался один. Представьте себе: один, впервые за четыре месяца! Даже как-то неловко стало. Должен оговориться, что однажды в сентябре меня вывели на прогулку одного, что как будто бы не положено, но случай был уникальный. Больше не повторялось. И тогда я просто гулял во дворике 40-5- минут, а тут я прямо с утра был один.
Но в тот же день у меня была встреча с защитником, и из камеры меня вывели, оставив ее пустой. Встреча была достаточно долгой, и обед я пропустил. Каково же было мое удивление, когда я, зайдя обратно в камеру, обнаружил на столе суп, второе и компот. То есть, баландер, не обнаружив никого в камере, мог просто пройти мимо, но он попросил сотрудника открыть дверь, нашел две миски и кружку и оставил обед. Мелочь, а приятно.
Ваш Вася Н., СИЗО-7, Мск”
В одном из постов про еду я говорил, что ни разу не видел тут на завтрак овсянки. Так вот она в сентябре появилась. Возможно, администрация СИЗО читает этот канал и берет что-то на заметку.
Зато почему-то реже стала появляться перловка, которой я уделил так много внимания в первых постах.
Кстати, со мной в камере в разное время сидели два человека: в прошлом отслуживший 3 года по контракту русский парень и раньше уже сидевший 4 года дагестанец (аварец). И они, имея соответствующий жизненный опыт и часто пересекаясь с перловкой, оба называли ее “болты”. Как я понял, потому что перловую крупу часто недоваривают и она жесткая. Но это не случай моего СИЗО-7. Перловка тут всегда проварена как надо. А вот с макаронами наоборот. Их переваривают до состоянии каши, хотя лучше бы недоваривали и подавали аль денте.
Хлеб все такой же вкусный. В конце августа и весь сентябрь почти не было белого хлеба, но сейчас наоборот белый дают чаще, чем черный. Совсем исчезли котлеты на обед, но гороховая похлебка все также недурна. Ассортимент рыбы на ужин стабилен: селедка, жареный вроде бы минтай, консервы из сайры (а как-то были и из горбуши).
Еще есть одна короткая история, случившаяся 11 октября. В этот день нас в камере осталось всего двое. Напомню, что у меня четырехместная камера площадью примерно 12 метров квадратных, где летом почти всегда было 6 человек. Бывало и 7, но недолго, в сумме ночей пять за все время с июня. А тут людей одного за другим увезли и нас осталось двое. В тот же день прямо с утра моего сокамерника увезли в суд и я остался один. Представьте себе: один, впервые за четыре месяца! Даже как-то неловко стало. Должен оговориться, что однажды в сентябре меня вывели на прогулку одного, что как будто бы не положено, но случай был уникальный. Больше не повторялось. И тогда я просто гулял во дворике 40-5- минут, а тут я прямо с утра был один.
Но в тот же день у меня была встреча с защитником, и из камеры меня вывели, оставив ее пустой. Встреча была достаточно долгой, и обед я пропустил. Каково же было мое удивление, когда я, зайдя обратно в камеру, обнаружил на столе суп, второе и компот. То есть, баландер, не обнаружив никого в камере, мог просто пройти мимо, но он попросил сотрудника открыть дверь, нашел две миски и кружку и оставил обед. Мелочь, а приятно.
Ваш Вася Н., СИЗО-7, Мск”
More Letters
May 14, 2026