“12 декабря. Не только Конституция. Там при словах «я за» течет со щек известка...
December 11, 2023 — Moscow, SIZO
Share
“12 декабря. Не только Конституция.
Там при словах «я за» течет со щек известка.
И. Бродский
В своем посте от 7 ноября я упоминал день конституции 12 декабря как одну из не очень удавшихся памятных дат, связанных с историей новой России. Действительно, в этот день в 1993 г., то есть тридцать лет назад, на референдуме была принята Конституция РФ, которая заменила конституцию РСФСР 1978 г., и по которой, хоть и со значительными изменениями, мы живем до сих пор. Но 12 декабря 1993 г. вместе с конституционным референдумом прошли выборы в Государственную думу и Совет Федерации первого созыва. При этом выборы в верхнюю палату парламента - Совет Федерации - были первыми и последними, порядок его формирования почти сразу же был изменен. И даже если дату 12 декабря не очень хочется вспоминать в связи с явно не оправдавшей себя конституцией, которая достаточно легко допустила поворот к авторитаризму, то дату эту можно помнить хотя бы в связи с попыткой возрождения российского парламентаризма.
Если начинать разговор о различных формах представительных институтов в истории России, то можно уйти достаточно далеко в прошлое. Народное вече мы все же вспоминать не будем. Но точно можно вспомнить Земские соборы XVI-XVII веков. И Уложенную комиссию при Екатерине II, которая тоже была частично выборной (правда, больше сказать про нее особо нечего). А еще органы дворянского и городского самоуправления, действующие со времени той же Екатерины, и земства, созданные реформами Александра II. Но настоящий парламентаризм пришел в Россию только в начале прошлого века, под гром первой русской революции. Четыре созыва имперской Государственной думы, из которых первые два были распущены монархом почти сразу после их избрания. Но это был важный этап в политической истории России.
Революция прервала историю развития отечественного парламентаризма. Первые два десятилетия советской власти периодически собирались избираемые непрямым образом съезды депутатов, а после принятия 1936 г. “сталинской” конституции был создан избираемый напрямую по мажоритарной системе Верховный совет. К слову, первый же его созыв работал с 1937 г. аж до 1946 г. из-за Великой Отечественной войны.
Но нужно отдавать себе отчет в том, что все советские представительские органы - собственно “советы”, - вплоть до 1989 г. были полной фикцией и просто проштамповывали решения соответствующих их уровню органов коммунистической партии. Таким образом, в любой табуретке из здания ЦК КПСС на Старой площади субъектности было больше, чем во всем Верховном совете СССР с его нерушимым блоком коммунистов и беспартийных.
Выборы тоже были полной фикцией, проводились они на безальтернативной основе, то есть с единственным кандидатом, тем самым коммунистом или беспартийным, который был заранее согласован компартией, а целью работы т.н. агитаторов было согнать как можно больше людей на избирательный участок. Такое безобразие за выборы мы считать не будем. И хоть выборы 1989 г. привнесли бодрости в советскую парламентскую жизнь, но все же полноценным парламентаризмом это считать нельзя.
В этом плане именно выборы 12 декабря 1993 г. - подлинное возрождение традиций российского парламентаризма, прерванной разгоном Учредительного собрания большевиками в начале 1918 г. К сожалению и сейчас, тридцать лет спустя, наш парламент представляет собой во многом фикцию. Такие определения, как “не место для дискуссий” и “бешеный принтер”, данные Госдуме одним из ее спикеров и оппозицией соответственно, говорят сами за себя.
Но не нужно терять оптимизма: известен факт, что и авторитарные парламенты проявляют удивительную податливость в условиях демократического транзита. И те законы, которые они сейчас принимают, это конечно отвратительно. Но при любом серьезном изменении конъюнктуры те же самые “народные избранники” в общем и целом будут готовы идти на переговоры и компромиссы, а также заниматься тем, что они умеют лучше всего - жать на кнопки. Но уже за совершенно другие законопроекты. А там и до следующих выборов, честных и свободных, не так далеко.
#рашн_политикс
Ваш Вася Н., СИЗО-7, Мск"
Там при словах «я за» течет со щек известка.
И. Бродский
В своем посте от 7 ноября я упоминал день конституции 12 декабря как одну из не очень удавшихся памятных дат, связанных с историей новой России. Действительно, в этот день в 1993 г., то есть тридцать лет назад, на референдуме была принята Конституция РФ, которая заменила конституцию РСФСР 1978 г., и по которой, хоть и со значительными изменениями, мы живем до сих пор. Но 12 декабря 1993 г. вместе с конституционным референдумом прошли выборы в Государственную думу и Совет Федерации первого созыва. При этом выборы в верхнюю палату парламента - Совет Федерации - были первыми и последними, порядок его формирования почти сразу же был изменен. И даже если дату 12 декабря не очень хочется вспоминать в связи с явно не оправдавшей себя конституцией, которая достаточно легко допустила поворот к авторитаризму, то дату эту можно помнить хотя бы в связи с попыткой возрождения российского парламентаризма.
Если начинать разговор о различных формах представительных институтов в истории России, то можно уйти достаточно далеко в прошлое. Народное вече мы все же вспоминать не будем. Но точно можно вспомнить Земские соборы XVI-XVII веков. И Уложенную комиссию при Екатерине II, которая тоже была частично выборной (правда, больше сказать про нее особо нечего). А еще органы дворянского и городского самоуправления, действующие со времени той же Екатерины, и земства, созданные реформами Александра II. Но настоящий парламентаризм пришел в Россию только в начале прошлого века, под гром первой русской революции. Четыре созыва имперской Государственной думы, из которых первые два были распущены монархом почти сразу после их избрания. Но это был важный этап в политической истории России.
Революция прервала историю развития отечественного парламентаризма. Первые два десятилетия советской власти периодически собирались избираемые непрямым образом съезды депутатов, а после принятия 1936 г. “сталинской” конституции был создан избираемый напрямую по мажоритарной системе Верховный совет. К слову, первый же его созыв работал с 1937 г. аж до 1946 г. из-за Великой Отечественной войны.
Но нужно отдавать себе отчет в том, что все советские представительские органы - собственно “советы”, - вплоть до 1989 г. были полной фикцией и просто проштамповывали решения соответствующих их уровню органов коммунистической партии. Таким образом, в любой табуретке из здания ЦК КПСС на Старой площади субъектности было больше, чем во всем Верховном совете СССР с его нерушимым блоком коммунистов и беспартийных.
Выборы тоже были полной фикцией, проводились они на безальтернативной основе, то есть с единственным кандидатом, тем самым коммунистом или беспартийным, который был заранее согласован компартией, а целью работы т.н. агитаторов было согнать как можно больше людей на избирательный участок. Такое безобразие за выборы мы считать не будем. И хоть выборы 1989 г. привнесли бодрости в советскую парламентскую жизнь, но все же полноценным парламентаризмом это считать нельзя.
В этом плане именно выборы 12 декабря 1993 г. - подлинное возрождение традиций российского парламентаризма, прерванной разгоном Учредительного собрания большевиками в начале 1918 г. К сожалению и сейчас, тридцать лет спустя, наш парламент представляет собой во многом фикцию. Такие определения, как “не место для дискуссий” и “бешеный принтер”, данные Госдуме одним из ее спикеров и оппозицией соответственно, говорят сами за себя.
Но не нужно терять оптимизма: известен факт, что и авторитарные парламенты проявляют удивительную податливость в условиях демократического транзита. И те законы, которые они сейчас принимают, это конечно отвратительно. Но при любом серьезном изменении конъюнктуры те же самые “народные избранники” в общем и целом будут готовы идти на переговоры и компромиссы, а также заниматься тем, что они умеют лучше всего - жать на кнопки. Но уже за совершенно другие законопроекты. А там и до следующих выборов, честных и свободных, не так далеко.
#рашн_политикс
Ваш Вася Н., СИЗО-7, Мск"
Show Original (Russian)
“12 декабря. Не только Конституция.
Там при словах «я за» течет со щек известка. И. Бродский
В своем посте от 7 ноября я упоминал день конституции 12 декабря как одну из не очень удавшихся памятных дат, связанных с историей новой России. Действительно, в этот день в 1993 г., то есть тридцать лет назад, на референдуме была принята Конституция РФ, которая заменила конституцию РСФСР 1978 г., и по которой, хоть и со значительными изменениями, мы живем до сих пор. Но 12 декабря 1993 г. вместе с конституционным референдумом прошли выборы в Государственную думу и Совет Федерации первого созыва. При этом выборы в верхнюю палату парламента - Совет Федерации - были первыми и последними, порядок его формирования почти сразу же был изменен. И даже если дату 12 декабря не очень хочется вспоминать в связи с явно не оправдавшей себя конституцией, которая достаточно легко допустила поворот к авторитаризму, то дату эту можно помнить хотя бы в связи с попыткой возрождения российского парламентаризма.
Если начинать разговор о различных формах представительных институтов в истории России, то можно уйти достаточно далеко в прошлое. Народное вече мы все же вспоминать не будем. Но точно можно вспомнить Земские соборы XVI-XVII веков. И Уложенную комиссию при Екатерине II, которая тоже была частично выборной (правда, больше сказать про нее особо нечего). А еще органы дворянского и городского самоуправления, действующие со времени той же Екатерины, и земства, созданные реформами Александра II. Но настоящий парламентаризм пришел в Россию только в начале прошлого века, под гром первой русской революции. Четыре созыва имперской Государственной думы, из которых первые два были распущены монархом почти сразу после их избрания. Но это был важный этап в политической истории России.
Революция прервала историю развития отечественного парламентаризма. Первые два десятилетия советской власти периодически собирались избираемые непрямым образом съезды депутатов, а после принятия 1936 г. “сталинской” конституции был создан избираемый напрямую по мажоритарной системе Верховный совет. К слову, первый же его созыв работал с 1937 г. аж до 1946 г. из-за Великой Отечественной войны.
Но нужно отдавать себе отчет в том, что все советские представительские органы - собственно “советы”, - вплоть до 1989 г. были полной фикцией и просто проштамповывали решения соответствующих их уровню органов коммунистической партии. Таким образом, в любой табуретке из здания ЦК КПСС на Старой площади субъектности было больше, чем во всем Верховном совете СССР с его нерушимым блоком коммунистов и беспартийных.
Выборы тоже были полной фикцией, проводились они на безальтернативной основе, то есть с единственным кандидатом, тем самым коммунистом или беспартийным, который был заранее согласован компартией, а целью работы т.н. агитаторов было согнать как можно больше людей на избирательный участок. Такое безобразие за выборы мы считать не будем. И хоть выборы 1989 г. привнесли бодрости в советскую парламентскую жизнь, но все же полноценным парламентаризмом это считать нельзя.
В этом плане именно выборы 12 декабря 1993 г. - подлинное возрождение традиций российского парламентаризма, прерванной разгоном Учредительного собрания большевиками в начале 1918 г. К сожалению и сейчас, тридцать лет спустя, наш парламент представляет собой во многом фикцию. Такие определения, как “не место для дискуссий” и “бешеный принтер”, данные Госдуме одним из ее спикеров и оппозицией соответственно, говорят сами за себя.
Но не нужно терять оптимизма: известен факт, что и авторитарные парламенты проявляют удивительную податливость в условиях демократического транзита. И те законы, которые они сейчас принимают, это конечно отвратительно. Но при любом серьезном изменении конъюнктуры те же самые “народные избранники” в общем и целом будут готовы идти на переговоры и компромиссы, а также заниматься тем, что они умеют лучше всего - жать на кнопки. Но уже за совершенно другие законопроекты. А там и до следующих выборов, честных и свободных, не так далеко.
#рашн_политикс
Ваш Вася Н., СИЗО-7, Мск"
Там при словах «я за» течет со щек известка. И. Бродский
В своем посте от 7 ноября я упоминал день конституции 12 декабря как одну из не очень удавшихся памятных дат, связанных с историей новой России. Действительно, в этот день в 1993 г., то есть тридцать лет назад, на референдуме была принята Конституция РФ, которая заменила конституцию РСФСР 1978 г., и по которой, хоть и со значительными изменениями, мы живем до сих пор. Но 12 декабря 1993 г. вместе с конституционным референдумом прошли выборы в Государственную думу и Совет Федерации первого созыва. При этом выборы в верхнюю палату парламента - Совет Федерации - были первыми и последними, порядок его формирования почти сразу же был изменен. И даже если дату 12 декабря не очень хочется вспоминать в связи с явно не оправдавшей себя конституцией, которая достаточно легко допустила поворот к авторитаризму, то дату эту можно помнить хотя бы в связи с попыткой возрождения российского парламентаризма.
Если начинать разговор о различных формах представительных институтов в истории России, то можно уйти достаточно далеко в прошлое. Народное вече мы все же вспоминать не будем. Но точно можно вспомнить Земские соборы XVI-XVII веков. И Уложенную комиссию при Екатерине II, которая тоже была частично выборной (правда, больше сказать про нее особо нечего). А еще органы дворянского и городского самоуправления, действующие со времени той же Екатерины, и земства, созданные реформами Александра II. Но настоящий парламентаризм пришел в Россию только в начале прошлого века, под гром первой русской революции. Четыре созыва имперской Государственной думы, из которых первые два были распущены монархом почти сразу после их избрания. Но это был важный этап в политической истории России.
Революция прервала историю развития отечественного парламентаризма. Первые два десятилетия советской власти периодически собирались избираемые непрямым образом съезды депутатов, а после принятия 1936 г. “сталинской” конституции был создан избираемый напрямую по мажоритарной системе Верховный совет. К слову, первый же его созыв работал с 1937 г. аж до 1946 г. из-за Великой Отечественной войны.
Но нужно отдавать себе отчет в том, что все советские представительские органы - собственно “советы”, - вплоть до 1989 г. были полной фикцией и просто проштамповывали решения соответствующих их уровню органов коммунистической партии. Таким образом, в любой табуретке из здания ЦК КПСС на Старой площади субъектности было больше, чем во всем Верховном совете СССР с его нерушимым блоком коммунистов и беспартийных.
Выборы тоже были полной фикцией, проводились они на безальтернативной основе, то есть с единственным кандидатом, тем самым коммунистом или беспартийным, который был заранее согласован компартией, а целью работы т.н. агитаторов было согнать как можно больше людей на избирательный участок. Такое безобразие за выборы мы считать не будем. И хоть выборы 1989 г. привнесли бодрости в советскую парламентскую жизнь, но все же полноценным парламентаризмом это считать нельзя.
В этом плане именно выборы 12 декабря 1993 г. - подлинное возрождение традиций российского парламентаризма, прерванной разгоном Учредительного собрания большевиками в начале 1918 г. К сожалению и сейчас, тридцать лет спустя, наш парламент представляет собой во многом фикцию. Такие определения, как “не место для дискуссий” и “бешеный принтер”, данные Госдуме одним из ее спикеров и оппозицией соответственно, говорят сами за себя.
Но не нужно терять оптимизма: известен факт, что и авторитарные парламенты проявляют удивительную податливость в условиях демократического транзита. И те законы, которые они сейчас принимают, это конечно отвратительно. Но при любом серьезном изменении конъюнктуры те же самые “народные избранники” в общем и целом будут готовы идти на переговоры и компромиссы, а также заниматься тем, что они умеют лучше всего - жать на кнопки. Но уже за совершенно другие законопроекты. А там и до следующих выборов, честных и свободных, не так далеко.
#рашн_политикс
Ваш Вася Н., СИЗО-7, Мск"
More Letters
May 14, 2026